Архетипы Карла Густава Юнга и архетипы Кэрол Пирсон объединяет общая идея — выявление устойчивых психических структур, проявляющихся в поведении и восприятии человека. Но они далеко не одно и то же, хотя часто говорят именно так.
Терапия - это процесс отказа от иллюзии, что кто-то знает как вам лучше жить.
Лиза Непийко, психотерапевт и травмотерапевт
Юнг пришёл к своей системе архетипов через анализ сновидений и спонтанных образов пациентов. Он заметил и описывал в работах примерно с 1910-х годов, что многие из архетипов повторяются у разных людей и влияют на их чувства, решения, мотивацию. Так он выделил универсальные фигуры, отражающие общие для человечества эмоциональные и психологические закономерности.
Позднее последователи Юнга начали рассматривать архетипы через призму греческой мифологии. Джеймс Хиллман, ведущий представитель пост-юнгианской школы, в своих главных работах в 1960-70ые годы предложил видеть человека не как единое «я», а как совокупность действующих сил — архетипов, подобных мифологическим богам. Образы богов и богинь стали метафорами внутренних сил и принципов, действующих в человеке. Эти мифологические фигуры позволили точнее описывать, как внутренние мотивы проявляются в поведении, в отношениях и в социальной жизни. Боги олицетворяли конкретные энергии — от бессознательных импульсов до роли личности в обществе, делая юнгианскую теорию более прикладной.
Часто упоминают другого популярного юнгианского аналитика - Джин Шинода Болен. И Хиллман, и Болен занимались греческими мифами. Разница в том, что Хиллман предлагает философски-образное, метафорическое и метафизическое осмысление архетипов через воображение и миф, а Болен, позднее, начиная с 1980ых, акцентирует прикладное применение архетипов и конкретизацию их через психологические типы и личностные модели.
Интерес к архетипам еще заметнее повернул к практике — к тому, как эти процессы можно наблюдать непосредственно в жизни. Арнольд Минделл, развивая юнгианскую традицию, в 1980ые годы создал процесс-ориентированный подход, где архетип рассматривается как живая динамика, проявляющаяся в теле, движениях, реакциях и взаимодействиях с другими. Этот шаг сделал архетипическую психологию прикладной: бессознательное стало различимым не только в символах, но и в повседневных ситуациях.
Кэрол Пирсон в своей первой заметной книге «The Hero Within» (1986) пошла по прикладному пути дальше и далее постепенно сформировала собственную систему из двенадцати архетипов для целей личного развития и лидерства. В отличие от юнговских, описывающих глубинные структуры психики, и от мифологических, выражающих внутреннюю мотивацию, архетипы Пирсон показывают, как внутренние силы становятся видимыми во внешнем поведении, действиях и стиле человека.
Работы Кэрол Пирсон и Арнольда Минделла сосредоточены на внешних проявлениях человека. Начинать с этого уровня проще — он нагляднее и быстрее даёт результат. Но без связи с внутренним слоем, который описывал Юнг, внешние подходы оказываются неэффективными, а иногда просто слишком примитивными. Чтобы сохранить глубину, стоит работать не только с прикладными моделями Пирсон и Минделла, но хотя бы с уровнем богов — архетипов, соединяющих внутренний смысл с видимыми проявлениями.
Современная популярность архетипов Пирсон привела к их упрощению. Они часто используются как визуальные коды или маркетинговые типажи, оторванные от психологической основы, только намекающие на нее. В результате теряется связь с исходной идеей: архетип — это способ понять внутреннюю динамику личности, которая в разные периоды жизни может играть разные роли, не всегда совпадающие с внешним образом человека.
Проще говоря, в нас есть все архетипы — все 12, если говорить языком Пирсон. В нас заложена способность переключаться между ними адаптивно. В идеале, мы используем разные на протяжении жизни. Наша внешность, лицо, тело гораздо менее гибкие, чем наша психика, и требуют длительного проживания очередного архетипа, чтобы сделать его видимым для окружающих. Наше творчество гораздо быстрее реагирует на изменения психики. Мы быстрее выносим эти изменения в наши рисунки, одежду, домашнюю обстановку. А сейчас в эпоху виртуального визуального контента, то что мы листаем и свайпаем, говорит о нашем внутреннем состоянии гораздо больше, чем то какими нас видят со стороны.
Именно в этой точке мой подход продолжает линию Юнга. В отличие от большинства практик с визуальными проявлениями человека, я начинаю работу не с внешних проявлений архетипов - как вы выглядите на мой взгляд или взгляд группы угадывающих, а с их психологического содержания.
Внутреннюю архетипическую составляющую можно выявить простыми упражнениями: выбирая образы, которые откликаются или вызывают отторжение, человек проявляет внутренние структуры своей личности. Вы и я, работая вместе, сможем наблюдать эти проявления, сформируем понимание вашей психологической матрицы и научимся видеть, как она выражается в решениях, выборе, эстетике и профессиональных задачах. По желанию, можно продолжить это в направлении адаптационного моделирования.
Такой подход имеет множество применений. В любой сфере, в том числе профессиональной, вы неизбежно проявляете часть себя.
- Например, в бизнесе это помогает привлечь и направить клиента, показать, кто вы, чего от вас ожидать, а так же осознанно поддерживать клиентов в их поисках.
- Для здоровой и продуктивной атмосферы в компании, так же полезно понимать кто есть кто, а значит чего ожидать или наоборот чего невозможно добиться от подчиненных или коллег.
- Понимание себя и окружающих позволяет принимать стратегические, аргументированные решения. Интересно и интригующе работать с этим процессом через личный стиль, дизайн пространства или проекты для визуальных профессионалов.
Работа с визуалом, поиск себя через реакцию на видимое: цвета, паттерны, фактуры, линии, пространство и так далее, - очень увлекателен и не требует большого вложения сил. А результаты этого познания и ясности, которую вы получаете, можно применять очень широко и разнообразно.